1 декабря Дербент простился с ветераном Великой Отечественной войны Иваном Григорьевичем Сетежевым. На Воинское кладбище, где состоялся траурный митинг, пришли председатель Собрания депутатов городского округа «город Дербент» Мавсум Рагимов, депутаты Николай Алчиев, Айваз Алиханов, военный комиссар городов Дербент, Дагестанские Огни и Дербентского района Адиль Кулиев, председатель Общественной палаты города Дербент Владимир Крылов, секретарь правления религиозной еврейской общины Петр Малинский, депутаты Молодежного парламента, представители общественных организаций, юнармейцы, кадеты, родные и близкие, жители города, педагоги и школьники, все те, кто просто решил почтить память солдата, защищавшего нашу страну во время Великой Отечественной войны.

Траурный митинг, посвященный памяти ветерана войны, открыл Адиль Кулиев. Он отметил, что в Дербенте печальную весть восприняли с чувством глубокой скорби. Иван Сетежев был прекрасным человеком, прошел нелегкий путь участника Великой Отечественной войны, но несмотря на это был добрым и отзывчивым человеком.

Мавсум Рагимов от имени депутатского корпуса и администрации города выразил глубокие соболезнования всем родственникам и близким Ивана Григорьевича Сетежева. «Светлая память о нем навсегда сохранится в наших сердцах, - подчеркнул он. - На примере таких людей мы можем и должны воспитывать наших детей, внуков и правнуков».

Портрет ветерана, его боевые награды, венки от депутатов городского Собрания, родных и близких, до места захоронения пронесли юнармейцы и кадеты.

ИЗ РАССКАЗА ИВАНА СЕТЕЖЕВА О СЕБЕ (05.07.2017)

Я родился в хорошей семье. Нас было пятеро детей: две сестры, два брата и я. К 1941-ому году младшему брату был год, одной сестре — три, другой — пять, брату — двенадцать, я — самый старший. Мне в сорок первом было четырнадцать. Я ушёл со школы, с девятого класса. Стал работать на поле, потом я напросился слесарем-учеником на завод. Тут я получил похоронку от отца, и стал рваться на фронт, в армию.

Первый раз меня не взяли. Даже разговаривать со мной не стали, так как у меня не было никаких документов, у меня не было свидетельства о рождении. Была лишь справка такого содержания «Справка Сетежеву Ивану Григорьевичу о том, что он родился в Саратовской области, в Волынском районе в 1927 году». Мне нужно было пойти к врачам, чтобы они определили мой возраст, что очень меня смутило, потому что я отлично это знал. Вскоре я приехал ещё раз и меня в армию взяли.

Я попал на фронт, в Люблин. Враги были беспощадны, и когда в этом Люблине, впервые на нашу часть напали гитлеровские самолеты, я в первый раз узнал, что такое страх. Один наш оружейник Корабельников (царство ему небесное) накрыл меня своим телом, я увидел, что у него спина разорвана, он весь в крови, мертвый. За этот день я поседел, стал заикаться.

Вскоре я стал осваиваться. Обслуживал самолеты, работал механиком. В экипаже было три человека: летчик, стрелок-радист и я. Наш самолет имел необычайную для тех времен скорость — 350 километров в час. Вооружение было большое: 3 пушки, 3 пулемета, бомбы могли брать нагрузки до 600 кг и 6 реактивных снаряда. И так наш полк освобождал Варшаву, Краков, Лодзь, Познань, форсировали реку Вислу. Самолеты с нашего аэродрома летали всё ближе к Берлину, бомбили Берлин. Так я оказался в Германии, 5 мая я был под Берлином.

9 мая 1945 года рано утром нас подняли по тревоге, мы приехали на аэродром, расчехлили свои самолеты, проверили двигатели, стали ждать летчиков. А в небе такое зарево, и пальба зачем-то всё в воздух идет. Приехали летчики, надели парашюты, сели в кабину и

стали ждать ракету. Вдруг приезжает командир полка и объявляет: «Враг капитулировал. Мы — победители!». Какая же это была радость, мы в полку стали всех обнимать. Командир говорит нам: «Вас будем демобилизовывать и поедете домой, доучиваться». Но не тут-то было, далее была война с Японией. Я остался в Польше и прослужил до сорок шестого года авиационным механиком.

В 1946 году снова нас направили в Красную армию, воинская часть 13768, 226 смешанный транспортный авиационный полк, там я прослужил до ноября 1952 года.

В ноябре я демобилизовался, а в декабре приехал сюда, в Дербент, где на улице Буйнакского жила моя тётя. А с этой красавицей, ныне моей женой я был знаком заочно, видел только по фотокарточке, мы переписывались с сорок седьмого по пятьдесят второй год. Моя двоюродная сестра училась с ней в педагогическом училище. В пятьдесят первом году я приезжал сюда в отпуск и хотел сразу женится, но покойная мама Раисы не давала согласия, я опять уехал служить, и прослужил еще год.

29 ноября 1952 года я снова приехал в Дербент. У Раисы умерла мать, и она осталась здесь совершенно одна. Мы создали семью. Сыграли маленькую свадьбу, народ в пятидесятые года был очень бедный из-за последствий войны. На свадьбу приехали мои родственники с Баку, моя крестная мать. Надо было расписаться, но у меня не было документов. Не было у меня и справок. Паспорт давали трехмесячный, который в ЗАГС не принимали.

Мне пришлось вернуться на родину. В церкви, где меня крестили, я получил справку в которой восстановили данные о моем точном годе и месте рождения, что полностью совпадало с прошлой информацией. В последствии по документам годом моего рождения числится 1928.

На время официальной расписки у нас уже был трехмесячный мальчик Вадим, которого не стало в 2016 году. В дальнейшем мы с Раечкой работали в одной школе, она была учителем начальных классов, а я преподавал физкультуру и музыку, так как в детстве хорошо играл на балалайке.

 ***

В 2017 году Сетежеву Ивану Григорьевичу исполнилось 90 лет, он был награжден нагрудным знаком отличия «За заслуги перед городом Дербентом».

Со своей супругой Сетежевой Раисой Матвеевной он прожил 66 лет, это одна из самых образцовых семей. У них 4 внука и 9 правнуков.

Среди своих многочисленных медалей Ивану Григорьевичу наиболее дороги медаль «За взятие Берлина» и орден Отечественной войны. В числе наград: медаль «За победу над Германией», польские медали «Победы и Свободы», «За Варшаву», «За Одру, Ниссу, Балтик».